 |
Снег словно решил похоронить нас заживо; он ложился, не тая, на кепи и шинели, и мы походили на привидения, на призраки погибших под грузом лишений солдат. Я повторял про себя»..
Волки серыми комками податливо катились с горы, наперерез подводам. -- Грабю-ут! -- орал Наум...
- Чей это дом? Несите... Тут только викарий Дьюли очнулся, ответил себе: мой дом, схватился за квадратные башмаки и стал помогать пронести раненого - мимо двери...
Самый богатый выбор досок, необрезной липы, доступные цены.
фортепиано в Москве.
Форте и Пиано считается специализированной консалтинговой компанией, которая оказывает спектр услуг по обзору рынка музыкальных инструментов, магазинов пианино в частности, и выбору именно тех образцов, которые подходят всем Вашим требованиям.
www.grandpiano.su
Другие книги автора:
Афоризмы и цитаты:
Англоязычные:
| — | There are two kinds of statistics, the kind you look up, and the kind you make up. |
Тем временем:
...
Художник
выковывается именно в этом постоянном странствии между собой и другими,
на
полдороге от красоты, без которой не может обойтись, к людскому
сообществу,
из которого не в силах вырваться. Вот почему истинному художнику
чуждо
высокомерное презрение: он почитает своим долгом понимать, а не
осуждать. И
если ему приходится принимать чью-то сторону в этом мире, он
обязан быть
только на стороне общества, где, согласно великому изречению Ницше,
царить
дано не судьбе, но творцу, будь то рабочий или интеллектуал.
По той же причине роль писателя неотделима от тяжких
человеческих
обязанностей. Он, по определению, не может сегодня быть слугою тех,
кто
делает историю,-- напротив, он на службе у тех, кто ее
претерпевает. В
противном случае ему грозят одиночество и отлучение от искусства.
И всем
армиям тирании с их миллионами воинов не под силу будет вырвать его
из ада
одиночества, даже если -- особенно если -- он согласится идти с ними
в ногу.
Но зато одного лишь молчания никому не известного узника,
обреченного на
унижения и пытки где-нибудь на другом конце света, достаточно,
чтобы
избавить писателя от муки обособленности,-- по крайней мере, каждый раз,
как
ему удастся среди привилегий, дарованных свободой, вспомнить об
этом
молчании и сделать его средствами своего искусства всеобщим достоянием.
Ни один из нас недостаточно велик для такого призвания. Но
во всех
обстоятельствах своей жизни, безвестный или временно знаменитый,
страдающий
в кандалах тирании или пока что наделенный свободой слова, писатель
может
обрести чувство живой солидарности с людьми, которое оправдает
его
существование -- при том единственном и обязательном условии, что он
взвалит
на себя, насколько это в его силах, две ноши, составляющие все
величие
нелегкого его ремесла: служение правде и служение свободе...
ресурс Стаут Рекс (Stout Rex)
