 |
теперь не принадлежишь, - сердце Твое сто тридцать раз сожмется от страха и таинственных речей, и увидишь край, где томятся души воинства Люцифера и изведаешь силу трех испытаний, с..
И я молю Господа помочь мне преодолеть сопротивление отца; и для того, чтобы моя страстная мольба была услышана, я пишу..
По иронии судьбы у Лос Анджелеса существует свой личный разлом, проходящий под улицами города. Его название – разлом Ньюпорт Инглвуд. Когда в 1933 году од..
Смотрите также:
Американский писатель Рекс Стаут
Вы читаете «Приз для принцев», страница 1 (прочитано 0%)
«Убийство на родео», закладка на странице 10 (прочитано 17%)
«Убийство по правилам», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Убийство полицейского», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Через мой труп», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Это вас не убьет», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Горький конец», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Черные орхидеи», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Ловушка для убийцы», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Смертельный дубль», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Глава 1
Женский монастырь
Ричард Стеттон остановился у первого поворота на главную улицу, освещенную слабым блеском луны, посмотрел направо, налево.
Все увиденное им за последний час заставило его не раз пожалеть о том, что он приехал в Фазилику; он проклинал жадное юношеское любопытство, которое привело его сюда.
Сточные канавы, полные крови; безумные глаза упивавшихся победой турок, которые избивали мужчин, женщин и детей, опустошали их карманы, грабили дома; жалкое малодушие небольшого гарнизона, обязанного защищать городок и его жителей. Все это наполняло Стеттона нарастающим отвращением и вызывало в нем страстное желание бежать, бежать как можно дальше от картин и звуков этой ужасной ночи.
Он стоял, окруженный со всех сторон страшным грохотом и суматохой разграбляемого города, и гадал, в какую сторону повернуть, когда вдруг удивлен был и напуган новыми звуками; нарастая, они вскоре перекрыли все остальные звуки вокруг.
Это гудел колокол, его дикие, беспорядочные удары, казалось, вторили крикам страдания и отчаяния, носившимся над улицами из конца в конец города.
Стеттон посмотрел наверх; сомнений не было — колокольный звон доносился прямо с неба; вглядевшись, он больше угадал, чем увидел там очертания монастырской колокольни, увенчанной крестом, смутно виднеющимся в лунном свете. К темной каменной стене этого хаотически выстроенного здания он сейчас и прислонялся.
Однако в такой ситуации крест спасти молодого человека не мог, его лицо побледнело, он пробормотал:
«Господи, помилуй их!» — и направился обратно по маленькой улочке, по которой можно было добраться до центра города.
Но, возвращаясь, юноша натолкнулся на трех или четырех турок, которые промчались мимо со штыками наперевес, и снова стал искать защиты под стеной. Появилась еще группа солдат, человек тридцать или больше.
Они столпились на улице перед каменным зданием.
— Вот это место! — закричал кто то из них. — Как бы туда забраться?
Они оглядывали стену в поисках входа в монастырь.
Из за угла донеслись громкие ликующие вопли множества грубых глоток.
— Пойдемте, они нашли его! — позвал кто то из солдат, и все исчезли в том направлении, откуда доносились крики.
Стеттон следом за ними тоже завернул за угол и с первого взгляда понял, что монастырь и все, кто в нем находится, обречены. Сотня, а то и больше солдат колотили камнями и булыжниками, вывернутыми из мостовой, в небольшие воротца меж двумя столбами, что перекрывали подножие короткого лестничного пролета.
Остальные наступавшие разбежались по улице в обоих направлениях в поисках более крупной и богатой добычи, предоставив, таким образом, своим жертвам короткую передышку. Колокол над ними продолжал звонить, громко, но тщетно взывая к небесам о помощи.
Ворота, висевшие на одной петле, затряслись и рухнули. На мгновение солдаты откатились назад, но тут же в азартном натиске ринулись в открывшийся проход.
Прямо в проеме дверей Стеттон увидел фигуру женщины, согбенной, с седой головой, — она стояла на пути захватчиков с воздетыми руками.
Тем временем:
...
Мать спросила:
-- О чем ты плачешь?
И мальчик, всхлипывая, сказал:
-- Мама, когда мы были в Казани, я сказал тете Ане неправду. Я сказал,
что это не я разбил графин, а это я разбил графин.
Мама стала утешать мальчика.
Она сказала:
-- Ну это ничего. Не плачь. Я напишу тете Ане письмо. И она, наверно,
тебя простит.
Мальчик, всхлипывая, сказал:
-- Ты непременно напиши письмо тете Ане. Напиши, что это я разбил.
Мама снова стала утешать его. И тогда мальчик успокоился и заснул.
Целуя и закрывая одеялом своего маленького сына, мать подумала:
.
На другой день мама написала тете Ане письмо. И вскоре тетя Аня
ответила, что она вовсе не сердится на милого племянника и снова ждет его к
себе в гости.
СЕРЕНЬКИЙ КОЗЛИК
Когда Ленин был маленький, он почти ничего не боялся.
Он смело входил в темную комнату. Не плакал, когда рассказывали
страшные сказки. И вообще он почти никогда не плакал.
А его младший брат Митя тоже был очень хороший и добрый мальчик. Но
только он был очень уж жалостливый.
Кто-нибудь запоет грустную песню, и Митя в три ручья плачет.
Особенно он горько плакал, когда дети пели .
Многие дети знают эту песенку:
Жил-был у бабушки серенький козлик,
Вот как, вот как, серенький козлик...
ресурс Стаут Рекс (Stout Rex)
